Смерть Мэдди Кьюсак: игра в головы и давление тренера

Бывшая полузащитница женской команды Sheffield United Мэдди Кьюсак жила в режиме постоянного давления задолго до того дня, когда её отец нашёл её без сознания в семейном доме в Хорсли, графство Дербишир. Ей было всего 27 лет.

Расследование в суде коронера в Честерфилде открыло тяжёлую картину её последних месяцев — с намёками, подковырками и решениями тренера, которые она воспринимала как целенаправленный удар по себе.

«Психо» с бровки

Ключевой свидетельницей стала её партнёрша по команде и девушка, защитница Grace Riglar. Она рассказала, что тревога Кьюсак началась ещё до прихода Jonathan Morgan в Sheffield United — из-за прошлого опыта с ним в Leicester City.

По словам Riglar, Мэдди заранее боялась его возвращения в её футбольную жизнь. И была причина.

На одном из прежних матчей, когда Morgan руководил Leicester City, Кьюсак допустила эпизод на поле, после чего тренер, как утверждается, выкрикнул с бровки в её адрес: «психо». Тогда Мэдди не дала понять, что это её задело. Но, как сказала Riglar на слушаниях, такие слова «делали её некомфортно» и оставались внутри.

Снаружи — жёсткая, надёжная, важный игрок стартового состава. Внутри — растущая неуверенность.

Из основы — на скамейку

Переломным моментом стал период, когда Morgan возглавил женскую команду Sheffield United. Для Кьюсак, привыкшей выходить в старте, начались качели.

«Она была важным игроком команды. Когда пришёл Jonathan, она стала то в основе, то на скамейке», — описала Riglar. Для футболистки, которая годами воспринимала себя как стержень коллектива, это выглядело не просто как ротация.

«Она воспринимала это как откат назад. Это сильно на неё повлияло», — сказала Riglar. По её словам, Мэдди видела в этом «почти личную атаку» и была уверена, что тренер «играет с ней в психологические игры — выпускает в старт в одну неделю и убирает в следующую».

Каждое решение по составу превращалось для Кьюсак не в тактический ход, а в послание. И это послание она читала как обвинительное.

Личная жизнь под прожектором

Напряжение усилилось уже на первом собрании команды после прихода Morgan. По словам Riglar, тренер заявил, что если кто-то состоит в отношениях внутри коллектива, он должен об этом знать.

Для Мэдди и Grace это был удар по их стремлению держать личное и профессиональное строго порознь. Они хотели, чтобы их воспринимали как игроков, а не как пару.

Но, по словам Riglar, тренер начал публично называть её «Mrs Cusack» — прямо при других футболистках. Для Мэдди это было болезненно.

«Ей было некомфортно, когда Jonathan называл меня “Mrs Cusack”, особенно при других игроках», — сказала Riglar. Пара пыталась сохранить профессиональную дистанцию, но шутки и подколки, как утверждается, стирали эту границу.

В раздевалке, где игроки обычно прячутся от внешнего давления, личная жизнь Кьюсак становилась темой для комментариев.

Замечание о весе и навязчивая работа над собой

Отдельным эпизодом, о котором рассказала Riglar, стало замечание Morgan по поводу веса Кьюсак. Подробности в суде не озвучивались, но последствия были видны.

По словам Riglar, после этого Мэдди резко изменила режим питания и тренировок. Она перестала есть углеводы, пропускала завтрак, добавляла к командным занятиям дополнительные пробежки.

«Она и так была одной из самых физически готовых в команде», — подчеркнула Riglar. Но Кьюсак, судя по её словам, словно пыталась доказать что-то не только тренеру, но и себе.

Футболистка, которая и без того соответствовала высоким требованиям, начала жить в режиме постоянной самокоррекции.

«Паранойя» и чувство изоляции

К началу нового сезона психологическое состояние Кьюсак, по словам её девушки, заметно ухудшилось. Riglar употребила жёсткое слово — «параноидальная».

Она объяснила, что Мэдди чувствовала: ей не с кем откровенно поговорить внутри клуба. Любая фраза, любое признание, считала она, могут вернуться к тренеру.

«У неё не было никого, с кем она могла бы поговорить, чтобы это не дошло до Jonathan», — сказала Riglar в суде.

Футбол, который долгие годы был для Кьюсак опорой и пространством свободы, всё больше превращался в источник тревоги. Игровое поле сужалось до одного вопроса: как это воспримет тренер?

Больничный и мечты о другой жизни

Расследование установило, что у Кьюсак был больничный лист от врача — ей предоставили время вдали и от футбола, и от её полной занятости в отделе маркетинга Sheffield United. Две параллельные карьеры, которыми она так гордилась, превратились в двойную нагрузку.

Накануне смерти она говорила Riglar, что хочет всё изменить. Мэдди мечтала уехать в Дубай и стать бортпроводницей. Она уже просматривала вакансии в интернете, искала выход из замкнутого круга давления, ожиданий и внутреннего выгорания.

20 сентября 2023 года её отец, David, нашёл дочь без сознания в семейном доме в Хорсли. В тот же день она умерла.

Суд коронера продолжает разбирать детали её последних месяцев. Но уже сейчас очевидно: за сухими строками протокола стоит история футболистки, которая изо всех сил пыталась оставаться сильной — в мире, где каждое слово тренера могло звучать как приговор.